Это случилось ещё в 2015 году. Марина Ивахненко (Городинская) заглянула на свою страницу в «Одноклассниках» и увидела там незнакомую ей фамилию женщины. Валентина Акопджанова-Ахнизиди из Америки интересовалась, имеет ли Марина какое-то отношение к Городинским — Матвею (Моте), Дине и к тёте Шеве? Марина, конечно же, имела непосредственное отношение к этим, дорогим ее сердцу, людям. Матвей Наумович Городинский — её дедушка, отец папы. А Дина Ильинична Городинская (Гуфельд) — её бабушка, мама отца. 

До Великой Отечественной войны Валентина Фалисеевич жила в Геническе, где и родилась. Матвей и Дина Городинские были друзьями её родителей.

 

Дина и Матвей Городинские были друзьями родителей ВалентиныДина и Матвей Городинские были друзьями родителей Валентины

 

Всё, что было до 1946 года в городе, Валентина помнила отчётливо. Жили по улице Петровского, 26. А в 1946 году семью выселили из Геническа, так как отец Валентины, грек по национальности, в 1938 году был репрессирован.

 

Всё, что было в городе до 1946 года, Валентина Акопджанова помнила отчётливоВсё, что было в городе до 1946 года, Валентина Акопджанова помнила отчётливо

 

Тогда мама девочки осталась одна в 27 лет без образования, без материальных средств, с титулом «жена врага народа». Но человечность, порядочность, доброта остались главным богатством этой женщины. 

Чтобы как-то помочь семьям репрессированных Виктор Моисеевич Гольдин (муж Шевы, сестры Матвея Наумовича) собрал всех жён репрессированных геничан к себе в артель «Прогресс», где он был председателем. За это у него отобрали партбилет, что в 30 — 40-е и последующие годы означало — двери перед тобой закрыты всюду. Однако война разрешила многие проблемы семьи Виктора Гольдина: он ушёл на фронт, а его жена Шева и дочь Маечка — эвакуировались. 

 

Трагическая судьба девочки Дины Гуфельд

 

Но возвратимся к Валентине. Геническая американка в письме рассказывала Марине о том, как и сегодня волнуют её воспоминания о Матвее Наумовиче и Дине Ильиничне Городинских в годы войны.

Особенно Валентина помнит трагическую судьбу девочки Дины Гуфельд, отец которой, Илья Гуфельд, был занесён в списки евреев, подлежащих расстрелу без суда и следствия, рядом с ним значились и имена его жены Марии, тринадцатилетнего сына и семнадцатилетней дочери Дины. Как и большая часть еврейского населения, Гуфельды, кроме дочери, были расстреляны в противотанковом рву за городом. А Дину прятали у себя неравнодушные геничане. Они сделали ей документы, и вчерашняя еврейка Гуфельд Дина Ильинична в одночасье стала армянкой Гормодин Диной Ивановной. 

Она часто вспоминала своего отца Илью Гуфельда, которого очень уважали в Геническе, особенно хозяйки. Ведь он был единственным лудильщиком в Геническе. Жил с семьёй на улице Петровского. Около его двора всегда с самого утра было много людей: приходилось занимать очередь, чтобы запаять кастрюлю, ведро, миску, таз… Отсюда, с ул. Петровского, всех Гуфельдов повели на расстрел. Валентина тоже помнит Гуфельдов. Мария — крупная женщина, настоящая хозяйка дома, а Илья — стройный, всё время в кожаном фартуке, потому что всегда в работе. В их дворе росла шикарная сирень… 

Но всё поглотила война. И самое главное — людей. Их вернуть невозможно. Всю жизнь Дина Ильинична Городинская (Гуфельд) прожила с этой кровоточащей раной — потеря родителей и брата стала для неё настоящей трагедией. 

 

Спасенная от расстрела

 

Воспоминания Валентины Акопджановой воскрешают события, происходящие в годы войны в Геническе, когда противотанковый ров заполнялся убитыми и ранеными, стонал и дышал в прямом смысле этого слова. Вместе с мамой Валентина Фалисеевич жила на втором спуске около порта (так это место называли геничане). 

«Вот сюда-то в их двор на рассвете и прибежала, Мариночка, твоя бабушка Дина. Она была одета в лёгкое платьице, на ней были туфли с калошами, а на голове — бордовый матовый платок. Мне кажется, что в то утро с Диной была ещё одна девушка — еврейка, потому что уходили они тоже на рассвете вдвоём. Так, что моя мама прятала Дину. 

Я часто приезжала в Геническ, встречалась и с дядей Мотей, и с тётей Диной. А твой дедушка Матвей всегда отшучивался: „Вот видишь, Валентина, вы с мамой мою дорогую Диночку для меня прятали от немцев“. Так-то оно так. Но в 1942 году 28 апреля, в 8 часов утра, „армянку“ Дину Ивановну Гормодин, как и других геничан отправили в Германию. Дина попала в город Пирна. Теперь у Дины на руке значился номер, оставшийся как напоминание о трагедии еврейского народа и всех народов мира — Второй мировой войне», — обращаясь к Марине Ивахненко, писала о своих воспоминаниях Валентина Акопджанова.

 

Жизнь после войны

 

Так, после возвращения в родной Геническ, у Дины Гуфельд начался новый этап жизни. Она вышла замуж за Городинского Матвея Наумовича. Семья поселилась на своей же улице — Петровского. 

Дина получила высшее образование, стала учительницей немецкого языка, которым владела свободно ещё в годы пребывания в немецком плену. Долгое время Дина Ильинична Городинская преподавала в Генической школе № 4. 

В семье Городинских воспитывался один сын. 

Илья Городинский женился на украинской девушке Любе Королик. У них родились две девочки — Марина и Наташа. 

Марина Ивахненко (Городинская) живёт в Геническе по улице Петровского вместе со своей дочерью — девятиклассницей Дашей. 

Младшая сестра Марины, Наташа Городинская, уехала из Геническа в Израиль в 1998 году, и теперь вместе со своим сыном Даниэлем Городинским (ему сейчас 21 год) и своей мамой Любовью Васильевной Городинской живут в городе Беер-Шева. 

 

О доброй тете Шеве

 

Было бы несправедливо, если бы мы не упомянули о судьбе замечательной и доброй тёти Шевы Гольдин. Валентина Акопджанова часто вспоминала эту женщину. 

«Тётя Шева жила с мужем Виктором Моисеевичем на горке около церкви. Мне недавно прислали из Геническа фото, и я узнала дом тёти Шевы. В этом доме они жили до войны. Благодаря моим рассказам о Шеве, о ней знает вся Америка. Она была очень добрая. Я помню голодные послевоенные годы.

Многие геничане умерли тогда. Но многих спасало море. Помню: бежим мы с братишкой мимо хлебного магазинчика Шевы, а она:

— Вы куда?

— На море. Купаться.

— А вы ели сегодня?

Молчим. А тетя Шева нам по куску хлеба и говорит:

— А теперь идите купаться.

Вот такая была наша любимица тётя Шева».

 

Тётя Шева с мужем Виктором жили на горке около церквиТётя Шева с мужем Виктором жили на горке около церкви

«Геническ вспоминаю все чаще…»

 

Когда в 1946 году семья Валентины Фалисеевич уехала из Геническа, то её вскоре выслали в Среднюю Азию. Она попала в город Самарканд (Узбекистан). Там Валентина удачно вышла замуж — по любви и счастливо. 

В семье Акопджановой-Ахнизиди родились две дочери и сын. Все дети сегодня — жители Нью-Йорка, а сама Валентина, которую в США вызвали дочери, проживала во Флориде. «Здесь меня хорошо приняли, — писала геничанка, — живем отлично, но Геническ в памяти всплывает всё чаще и чаще». 

К сожалению, Валентина Акопджанова, в марте 2019 года ушла из жизни, не дожив несколько дней до своего дня рождения. Ей было 86 лет…

* * *

31 октября 2019 года Марине Ивахненко пришло сообщение от Валентины, которое переслали ее родственники, в нем она написала: «Дорогая Марина! Царствие небесное всем, кто погиб во время этой проклятой войны, кто ушёл из жизни в послевоенные годы, кого нет с нами сейчас. 
Мариночка! Не обижайся, но я скажу такое: «Вам, теперешней молодёжи, не понять, что такое кусок хлеба в голодное время, что такое видеть, как расстреливают твоих родных людей. И слава Богу! Пусть эти черные времена останутся в прошлом навсегда. Будьте счастливы!». 
***
При нашей встрече Марина протягивает мне пожелтевшую небольшую записную книжечку. «Это бабушкина, — говорит она. — Здесь и стихи, и пожелания, и признания в любви, и безмерная тоска по Родине, и глубокая вера в Победу». 

 

Марина Ивахненко с дочерью Дашей помнят своих предковМарина Ивахненко с дочерью Дашей помнят своих предков

 

Мелким каллиграфическим убористым почерком то чернилами, то карандашом сделаны в ней записи Диной Гуфельд.

Годы изменят знакомые лица,
Друзья разойдутся по разным путям.
Но память о прошлом не будет забыта,
Война, лагерь, смерть снятся нам по ночам.
19 августа 1944 года 19 часов 30 минут.

Или вот:

На память Дине от Розы во время переживания в Германии, в городе Пирна. 
Дина! 

Желаю в край родной вернуться,
Желаю маму увидать,
Желаю всеми быть любимой
И про меня не забывать.
1944 год.

На самых последних страничках записной книжки тоже записи:

1945 год, 8 мая, вторник — освобождение.
25 мая. 8 часов утра. Выехали из Ценеста.

И в самом конце — адреса друзей из Геническа…

Светлая память всем погибшим во время той ужасной войны, ушедшим из жизни в послевоенные годы. Светлая память Валентине и всем нашим замечательным землякам, которые никогда не забывали свою Родину и делились своими бесценными воспоминаниями с нынешними поколениями.